NeonMort
Направь меня, Господи, куда нужно, ибо куда не нужно - я сама влезу.
продолжение






Третье утро моего заточения я провел в одиночестве. Джунь и Йонг, две китаянки, сообщили мне, что Ксен ушла еще ночью и, вроде бы, до сих пор не вернулась.
- Интересно, куда ее могло понести в такую-то погоду?! - приложив к стеклу руку козырьком, я попытался вглядеться в утренний сумрак. Начавшийся еще вчера вечером ливень все еще не закончился. Париж сейчас уже, наверное, превратился в Венецию.
- Скоро должен вернуться хозяин, возможно она...
- Нет, госпожа Ксен говорила, что хочет найти ночника.
- Ночник?! Кто это? - я обернулся к ним, но мне не повезло, солнце успело все-таки пробить тучи. Ксен рассказывала мне о том, как в ее жизни появились Джунь и Йонг. Ее отец много путешествовал, и, попав однажды на невольничий рынок в Турции, купил двух двенадцатилетних девочек-китаянок, напомнивших Гюне Анжу о его собственной дочери, которой тогда было столько же. Но они обе бредили от лихорадки, и Гюне Анжу пришлось спасать их от смерти лишь одним проверенным им способом. Он обратил их, и солнце для них смертельно.
Ксен разрешила мне беспрепятственно гулять по дому, чем я, собственно, и воспользовался. Годы хождения по улицам Парижа в любое время суток научили меня быстро ориентироваться и запоминать все входы и выходы в незнакомых местах, так что двухэтажный особняк не стал для меня лабиринтом. Довольно скоро я отыскал одну из комнат, в которые Ксен еще не водила меня. Она была маленькой и затхлой, вся мебель накрыта простынями. Я решился открыть окно и, проходя, задел одно из покрывал. Под простыней оказался великолепный рояль черного дерева. В юности я любил слушать церковный орган, Сентен даже научил меня играть на нем. Мне как никогда захотелось вновь испытать те же чувства, что я переживал тогда. Но орган и рояль разные вещи, и все же мои пальцы сами потянулись к клавишам. За окном слышались раскаты грома и шум подающих капель, мне хотелось чего-то тихого и нежного, и я полностью отдался музыке, раскрывающей мою душу, рассказывающей мою жизнь. Вначале я заиграл одной рукой... боль, одиночество, тишина... Две руки... любопытство, удивление, смущение, обида, симпатия и... наконец, любовь. Эти чувства вызвали из памяти образ маленького вора, он улыбался и, закрыв глаза, вслушивался в мою музыку. Теперь мои пальцы описывали его. Дерзкий светловолосый мальчишка, щурящийся от яркого света церковных свечей...
Я открыл глаза, и воришка превратился в стройную девушку, прильнувшую к дверному косяку. По ее щекам текли слезы, она улыбнулась мне и... внезапно чихнула. И я понял, что это настоящая Ксен, и тут же сбился.
- Ой, извини, - она быстро потерла нос. Я хотел встать, но Ксен удержала меня. - Нет-нет, играй. Так красиво...
- Но ты промокла, тебе согреться надо, - я схватил покрывало с рояля и укутал им ее. Ксен покраснела. - Почему ты плакала?
- Эта комната... здесь отец любил играть. Я не заходила сюда со дня... А ты сейчас напомнил...
- Ну...
- Я могу попросить тебя кое о чем?
Я сглотнул, но все же кивнул.
- Потанцуй со мной.
- Но я...
- Пожалуйста, - я не мог отказать этому взгляду побитого щеночка.
- А музыка?..
- Всегда мечтала потанцевать под дождем. Закрой глаза и вслушайся в музыку природы.
И я вслушался... крупные капли барабанили по подоконнику, звенели на стеклах... а ветер свистел в сточных трубах и шелестел в листьях...
- Самая прекрасная музыка, которую я когда-либо слышал, - сумел я, наконец, прошептать.
Ксен подняла на меня глаза, покрывало упало с ее головы. Она была мокрой и растрепанной, совсем как мальчишка. Девушка потянулась ко мне, я не мог не ответить, и... Ксен снова чихнула, а мои губы уткнулись ей в макушку.
Ситуация была весьма глупой, я не удержался и зашелся в диком хохоте. Ксен непонимающе уставилась на меня, отчего смех мой стал еще громче.
Порыв ветра распахнул дверь, на пороге с занесенной рукой застыл испуганный Жано, его явно ею чуть не прибило.
- Госпожа Анж, - пролепетал он, сглотнув, - чай приготовлен для вас в библиотеке.
- Да, Жано, я сейчас спущусь, если только господин Гару справиться со своей истерикой, - я тут же заглох.
Библиотека была вторым местом, где я еще не был. Здесь было тепло и сухо. Пока я спускался, Ксен успела переодеться и подсушить волосы.
- Все эти книги собрал мой отец, - она любовно провела пальцами по корешкам старинных книг. - Некоторые из них он сам написал. Это место всегда открыто для тебя, можешь приходить сюда, когда захочешь. Ведь я знаю, как ты любишь книги.
Я кивнул и, отхлебнув чая из кружки, решил кое-что выяснить:
- Кстати, хотел кое-что у тебя спросить. Джунь и Йонг говорили, что ты искала какого-то ночника...
- Неужели не понял? - я отрицательно покачал головой. - Я пыталась найти того убийцу монахов.
- Ты что решила помогать мне?
- Нет, - она показала мне язык. - У меня просто есть подозрение, что он один из нас.
- Ты хочешь сказать - вампир?!
Ксен кивнула и вдруг закусила губу:
- Кстати, я должна извиниться.
- Не пойму, за что? По-моему, это мне надо извиняться.
- Нет, я не об этом. Я рада, что тебе было весело, - я не удержался и еще раз хохотнул. - Да... но я знаю, что ты не умеешь танцевать.
Я тут же поперхнулся:
- Ксен, ты действительно знаешь так много только по моей крови? Мне это кажется такой чушью, но теперь я даже и не знаю...
- Можешь не верить, но это одна из способностей высших вампиров. Я тебе еще не говорила, мой отец был носферату, то есть главой клана Анж. Я рожденный вампир и почти обычный человек, Леше. Но вот только моя собственная кровь, может делать людей бессмертными, но подарив им при этом неутолимую жажду. Все, что ты о нас слышал, рассказывало про обращенных. Они невероятно кровожадны. Именно из-за крови и был убит мой отец, его постигла та же участь, что и клан Сюртэ до этого.
- Клан Сюртэ?.. - эти слова что-то смутно мне напомнили.
Ксен вдруг вскрикнула и запрыгнула мне на руки:
- Крыса! Гадость! Ненавижу! - орала она мне в ухо. - Жано! Ты же говорил, что вывел их?!
- Ксен, успокойся, она уже убежала.
В дверях появилась Йонг:
- Госпожа Ксен, он приехал!
- Наконец-то. Уже иду, - она повернулась ко мне. - Извини, Леше, я скоро вернусь.
- Угу.
- Я вернусь быстрее, если ты меня отпустишь.
Оказавшись на полу, она упорхнула, а я занялся изучением библиотеки. Через несколько минут дверь скрипнула.
- Ты уже верну... - обернувшись, я застыл на месте, - ...лась...
На пороге стоял воришка!
- Ты... Я знал, что она что-то не договаривает. Она меня обманывала.
Он подошел ближе и, чуть прищурившись, посмотрел на меня. Я обнял его, мальчишка сначала напрягся, но потом тоже обвил меня руками.
- Ты изменил меня, мой мальчик. Я много думал и теперь понял, что... ты нужен мне. Ты... молчишь. Неужели не рад видеть своего охотника? Ну, скажи мне хоть что-нибудь... - я чуть отстранил его от себя.
Воришка улыбнулся, но как-то не так.
- А у сестры хороший вкус.
- Сестры?
- Ги! - в дверях появилась разъяренная Ксен.
- Сестричка! - но под ее взглядом, он закусил губу и виновато опустил глаза.
- Вон с глаз моих!
Ги проплелся мимо Ксен и уже из-за ее спины послал мне воздушный поцелуй.
- Леше, я понимаю тебя... и прошу прощения за моего брата. Он... ну... как бы тебе это объяснить-то. Ги в большей степени девушка, чем я. Поэтому он не мог не воспользоваться ситуацией.
- Ты не обманешь меня больше! Это был он...
Лицо Ксен вытянулось, она побледнела, а в синих глазах будто поднималась буря:
- Идиот! Ненавижу тебя! - она хлопнула дверью так, что несколько книг подпрыгнули и упали на полках. А я уже перестал что-либо понимать.
И это было еще не все. Ночь выдалась еще более сумасшедшей!
Я после всего не мог заснуть и сидел в темноте.
- Ты такой красивый, просто не могу устоять.
Я сразу узнал голос Ги, но из темноты на меня смотрел мой воришка. Мальчишка стянул покрывало на пол и стал ползти ко мне.
- Ты что это удумал?
- Ну, не упирайся, - мурлыкал Ги. Он был намного сильнее, чем казался. Я еле справлялся с ним. - Ты же сам хотел меня еще несколько часов назад. Меня не обманешь, уж это-то я чувствую. Ты был такой нежный, что я тоже захотел тебя. Ну же, расслабься и получай удовольствие.
Ги рванул мою рубашку, его рука потянулась к завязке на моих штанах, и мне пришлось ударить его коленом. Правда я метил ему в живот, но попал несколько ниже, что оказалось намного эффективнее. Ги тут же согнулся и, наконец-то, слез с меня.
- Как грубо, - прохрипел он и лишь где-то секунд через тридцать смог медленно подняться на ноги. - Ох, Леше, ты многое потерял. А еще ты впервые заставил меня завидовать моей сестре.
Вот теперь это было уже слишком! Я схватил Ги за шиворот и выставил его за дубовую дверь.
- Так вляпаться должен был кто-нибудь другой, но только не я...
Меня била мелкая дрожь, сердце готово было выпрыгнуть из груди. Вот теперь я был точно в ловушке. А хоть немного успокоиться мне удалось, лишь закрыв дверь на щеколду. Но этого мне показалось мало, я уже почувствовал силу вампиров и стал ждать новых сюрпризов. Но мои нервы, в конечном счете, сдали, и я просто отключился. То, что мне привиделось, не было ни кошмаром, ни вообще сном, это было будто чье-то воспоминание.
...Большой старинный дом под Парижем, тяжелые кроваво-красные портьеры на высоких окнах и свечи, море свечей. По нижним этажам бегают дети, и будто я среди них. Кто-то хватает меня за руку:
- Быстрее, Леше, дядя Жофри будет рассказывать новую сказку!
- Я уже вырос из них, Марго, - я отдернул руку. Это был мой голос, да, именно таким я разговаривал в юности.
Кто-то подошел ко мне, и я услышал:
- Леше, неужели ты так не любишь своего дядю?
- Нет, папа, - «папа»?
- Пойдем, сынок, сегодня и я не прочь послушать сказки моего братца.
Я всматривался в лицо возвышавшегося надо мной мужчины, но оно ускользало от меня, расплываясь перед моими глазами.
Этот дом был полон счастья и любви, но в миг все это исчезло. Улыбка отца сменилась гримасой гнева и боли. Вокруг меня творился ад. Люди в рясах убивали тех, кто был мне почему-то дорог. И я... я тоже должен был умереть!
- Нет, Леше, стой! - окровавленная рука отца потянулась ко мне. - Ты должен выжить. Живи. Живи для того, чтобы отомстить рясникам за наш клан... клан Сюртэ!..
...Сюртэ... клан Сюртэ... Сюртэ...
Очнулся я в чьих-то объятьях.
- Тише, Леше, не кричи, - это был воришка. Это его голос, его руки, от него все также пахло ладаном. Он убаюкивал меня. - Я с тобой, я рядом.
И что-то внутри меня лопнуло... Я разрыдался, не понимая от чего, то ли от пережитого ужаса, то ли от теперешнего счастья.
- Ты вернулся. Я так долго ждал тебя. Ты больше не уйдешь? Скажи мне правду.
- Нет, охотник, я больше не уйду. Я всегда рядом с тобой.
Он снова стал целовать меня, и на этот раз я не стал себя сдерживать. Чувства и желания поглотили меня, а все мысли исчезли. И лишь на пике я понял, что натворил...
- Прости меня, Ксен, - я зарылся лицом в ее влажные волосы.
- Ты ни в чем не виноват, Леше, - она оплела мое тело руками и ногами. - Я сама сделала такой выбор. Не жалей, потому что и я не жалею.
- Нет, ты не понимаешь... Я же хотел его!
Она вздрогнула и, наконец, выбралась из-под меня.
- Или... не знаю...
- Я сама загнала себя в эту ловушку...
Ксен как-то вся сжалась, я понял, что она сейчас заплачет. Но не успел я что-либо даже предпринять, как она гордо выпрямилась:
- Это все, что я могла сделать. Что ж... Леше, я отпускаю тебя. Я могла бы любить тебя, я и люблю тебя, но я не могу соперничать с тем, кого сама сотворила... Уходи, Леше. Уходи прямо сейчас. Уходи отсюда немедленно!
Мне нужно было остановить ее, но мои слова были правдой. Я действительно любил того мальчишку... но я запутался. Возможно, и Ксен тоже...
- Леше! А мы уже начали думать, что случилось что-то ужасное, - только что-то искренности в словах отца Венсана было маловато.
- Но блудный сын все же вернулся к нам, брат Венсан.
Я смотрел на двух святых отцов и...
- «Отомсти рясникам за нас... за наш клан...»
- Ты побледнел, сын мой. Ты не болен?
- Нет, отец-настоятель, я просто очень устал и должен немного отдохнуть, - святые отцы быстро переглянулись, но все же отпустили меня.
Мне надо было не просто отдохнуть, а отвлечься. Я должен забыть все это. А для этого нужно уйти в работу с головой.
Я перечитал целую сотню книг о знаках, религиях, церковных орденах и даже тайных обществах, но не нашел ни строчки об Ордене плюща. И, в конце концов, мне пришлось ловить убийцу монахов на живца, на роль которого не нашлось другого исполнителя кроме меня самого.
Найти рисовальщика оказалось плевым делом, а вот, чтобы заставить нарисовать тайный знак с руки мертвеца, пришлось потрудиться. Но как только я напомнил ему о ночных происшествиях с его собратьями по церкви и упомянул, как бы между прочим, об одном совпадении, моя просьба тут же была исполнена. Нет, конечно, я мог пойти и обычному уличному рисовальщику, не задающему лишних вопросов, но, во-первых, он бы не знал, кто я, а, во-вторых, так Орден будет предупрежден обо мне гораздо быстрее.
Подождав, пока высохнет краска, я накинул рясу и, натянув капюшон на глаза, углубился в темноту улиц. По пути меня обсмеяла пара выпивох, вывалившихся из какой-то забегаловки, а одна шлюха испросила благословления, и мне пришлось быстро ее перекрестить. Но за мной уже следили, я чувствовал чей-то пристальный взгляд на своей спине, и поэтому намерено не стал сворачивать в узкий переулок без фонарей. Но улица, которой я ушел, была, тем не менее, совершенно безлюдной, и убийца не заставил себя долго ждать.
- Как я вижу, вы не боитесь ночных демонов, святой отец.
Я «в испуге» огляделся, но он вновь оказался за моей спиной, исчезая и появляясь бесшумно, как тень. Убийца схватил меня за левую руку и заломил ее за спину.
- Фальшивка?! - неужели он видел в темноте?! - Кто ты?
- Тот, кто отведет тебя к палачу, - я попытался вырваться, но он оказался сильнее, да еще и сдавил другой рукой мне горло.
- Судя по голосу, ты совсем еще мальчишка, - это я-то мальчишка? В двадцать-то восемь лет?! - Что? Захотелось легких денег? Да я переломлю тебе шею, как цыпленку. А может... - я почувствовал его дыхание на своей шее, - лучше выпить твою горячую молодую кровь?
- Ее уже пили... - в моем положении я мог лишь хрипеть.
- И как?
Мои пальцы, наконец, смогли двигаться:
- Не понравилась, - выхватив маленький нож из-за пояса, я чиркнул убийцу по запястью, если он вампир, как предположила Ксен, то потеря крови для него, впрочем, если он голоден, конечно, страшнее, чем упустить добычу. Хотя человек тоже схватился бы за руку. Но убийца даже не вскрикнул от боли, он просто ослабил хватку, и мне удалось-таки вырваться.
- Жжется, - мой противник потер руку.
- Я смочил лезвие в святой воде.
- А ты не такой уж и дурак, - порез уже исчез с его руки. Рожденный! Не везет, так не везет.
- У меня был хороший учитель.
- Кто ты?
- Я - меч Инквизиции. Охотник за еретиками и такими, как ты! - я, наконец, сбросил капюшон.
- Леше?! - убийца застыл на месте. - Нет, кто угодно, но умоляю, только не ты...
Тишина ночи нарушилась звоном оружия и шагами ночного патруля. Убийца так и стоял, не оказав никакого сопротивления. На следующий день он был передан в руки Святой Инквизиции.
- Леше, это самая блестящая твоя победа!
- За это мы простим тебе даже то, что церковный вор так и не был пойман.
Отец Венсан ждал хоть какой-то реакции с моей стороны, но моя гордость и так была уже не единожды уязвлена. Ну и не мог же я, в конце концов, ответить им, что вор и не будет пойман, даже если бы Ксен и появилась вновь...
- Народ жаждет смерти этого убийцы, отец-настоятель. Казнь должна состояться как можно быстрее.
- Церковь учит прощению, но этот Жофри доставил нам столько неприятностей... А ты что думаешь, Леше?
- Могу я увидеть его?
Выражение их лиц мне не понравилось. Мои мысли сейчас были далеки от всего этого. Теперь, когда убийца был пойман, я вновь стал думать о Ксен и о том, что произошло между нами... А еще я должен узнать, что он знает обо мне.
- Хорошо, Леше, - отец-настоятель, переглянувшись с отцом Венсаном, кивнул мне, - но только завтра.
Возможно, разговор с этим убийцей отвлечет меня...
Но моим ожиданиям не суждено было сбыться. Когда я следующим утром спускался в подвалы Инквизиции, мне навстречу поднималась процессия, в центре которой под руки и с веревкой на шее вели вампира-убийцу. Он был невероятно бледен, взгляд бессмысленен, а на его теле я заметил множество ран, многие из них еще кровоточили. Куда же делась его способность к регенерации?! Да, я знал, что творят с еретиками, чтобы добиться признания, но именно на него мне было больно смотреть.
- Леше! - завопил осужденный, когда его глаза скользнули мимо меня. - Вспомни слова нашего носферату! Ты последний из клана Сюртэ, Леше! Вспомни слова твоего отца! Не предавай наш клан!
Клан Сюртэ... последний из... Сюртэ...
Его слова отдавались то ли в бесконечных коридорах старого дома, то ли у меня в голове. Опять этот клан, еще одна тайна, разгадать которую я не смогу, вампира вели на казнь.
То, что она была назначена так скоро, никого не удивило. Осужденного отправили на костер, как еретика, его проклинал народ, желал ему медленной смерти, чтобы потом использовать его прах в качестве якобы лечебного средства.
Я уже ничего не мог сделать, мне оставалось лишь смотреть, как почти живой труп привязывают к столбу в центре промасленных вязанок хвороста. Отец Венсан со скорбным лицом отошел от осужденного и громоподобным голосом объявил:
- Еретик Жофри Сюртэ отказался от покаяния и признал себя виновным в преступлениях против Святой Церкви. Он признался, но не раскаялся, в том, что убивал монахов, слуг Господа нашего, по велению Сатаны, царя адова. При этом он совершал черные мессы и плодил зло на Земле нашей!
Народ ахнул, на лице отца Венсана заиграла улыбка, но ее заметил лишь я. Он любил завладевать умами людей. Я никогда не мог понять, зачем отец Венсан все же стал монахом.
- Но Господь учил нас прощению. И его дух будет очищен через огонь, из которого он вышел, - отец Венсан повернулся к осужденному. - Еретик Жофри Сюртэ, ты осужден на казнь через сожжение. И да простит Господь твою душу.
Он кивнул палачу, и тот бросил горящий факел на хворост. Масло вспыхнуло в тот же момент, и через мгновение огонь уже занимался вовсю. И именно тогда я, наконец-то, понял, как отец Венсан называл его! Жофри... Жофри Сюртэ. Сюртэ! Он же из того клана!
Толпа радостно взревела.
- «Мой сон! Он же...»
Огонь уже подбирался к его лицу.
- Дядя Жофри! - услышав меня, вампир улыбнулся, и пламя поглотило его.
Кем же он был? И должен ли я выяснять это?
- На сегодня ты свободен, Леше, - проходя мимо меня, отец Венсан похлопал рукой по моему плечу. Это был знак того, что я должен уйти.
Что же это за клан? И почему именно я с ним связан?! Ксен говорила...
Ксен... снова я вспомнил о ней. После того, как она выставила меня за дверь, я вновь ощущал внутри себя пустоту. Да, все стало как раньше, как до встречи с ней... или с ним?! Но это я так думал, а на самом деле, я будто снова перестал дышать. Теперь я это понял. Ксен ведь подарила мне свободу. А тот мальчишка... Он ведь часть ее, так? А это значит, что Ксен я тоже могу полюбить!
Окно в моей комнате распахнулось.
- Ги! - я увидел его лишь, когда он вступил в круг света от единственной свечи в центре комнаты.
- Ты узнал меня! - Ги подпрыгнул, хлопнув в ладоши, но лицо его тут же погрустнело. - Леше, я не знаю, что мне делать...
- Что случилось? - я тут же подскочил.
- Я пришел за помощью.
- Что? Что-то с Ксен?
Выражение моего лица ему чем-то не понравилось, и Ги закусил губу:
- Да. Ее поймали.
- Я не понимаю. Ги, она что опять?..
- Да, ей вновь что-то понадобилось из Собора. Рясники каким-то образом узнали о наших слабостях, наверное, из книг нашего отца. Леше, ее поймали в сеть из женских волос. Не смотри на меня, как на идиота. Да, знаю, звучит глупо, но волосы с головы девственницы обладают невероятной магической силой. Многие колдуны и ведьмы, настоящие, я имею ввиду, плетут из них защитные амулеты.
- Не объясняй дальше. Все остальное я и так знаю. Я, кстати, так и не решился спросить Ксен о соборах. Зачем она их грабила-то?
- Ты плохо знаешь вампиров, Леше, - Ги сокрушенно покачал головой. - Она мстила.
- Церкви? За что вампиру мстить Церкви?
- Ксен мстила не Церкви. Нашего отца убили рясники, но ненастоящие. Этот орден скрывается среди церковников. И Ксен ждала и искала их. Скажу больше, она ждала тебя.
- Меня?! - я быстро сглотнул.
- Да не конкретно тебя! Инквизитора.
- Все равно ничего не понимаю.
Ги молчал, уставившись в пол, а потом поднял на меня глаза, губы его дрожали:
- Я боюсь за нее, Леше. С ней сделают то же, что и с Жофри.
- Подожди, ты что, знал Жофри Сюртэ?
- Ну, конечно же! Сказочник Жофри, брат носферату соседнего клана. Конечно же. Мы все знали его!
- Расскажи мне все, - наконец-то, кто-то сможет мне объяснить хоть что-то.
- Хорошо, - Ги кивнул и присел на мой стол. - Только быстро. Так вот... Клан Сюртэ был самым безобидным кланом вампиров на столько, на сколько это может быть, и самым малочисленным. Рене Сюртэ, носферату, надеялся, что предки защитят их. Но фамилия3 не помогла, рясники уничтожили их, всех до единого. Но с огромными усилиями нам, а в большей степени моему отцу, все же удалось спасти одного из них, Жофри. Но, придя в норму лишь через пятнадцать лет, он обезумел и бредил все каким-то орденом Плюща. Смотрю, ты тоже о нем знаешь.
- Нет. Продолжай.
- А, собственно, больше и нечего. Жофри узнал, что отца убили рясники, рассвирепел и исчез.
- И Ксен подумала, что это он убивает монахов.
- Нет, она это знала.
- Но как же?..
- Она искала Жофри, чтобы предупредить... о тебе. Ведь ей так же, как и мне, не хочется, чтобы с тобой что-то случилось.
- Угу, - смысл последнего я как-то пропустил мимо ушей. - Ги, а в клане Сюртэ не было ничего необычного?
- Не-а... - протянул он, задумчиво погладив подбородок.
- А кого-нибудь?
- Я не... - Ги неожиданно подскочил, напугав меня. - Был! Да, точно! Приемный сын Рене Сюртэ был человеком. Его подкинули еще младенцем, но носферату любил Леше сильнее, чем своих собственных детей. Он и мой отец даже...
Ги замолк и сполз на пол:
- А-а-а!.. - он разрыдался, как ребенок.
- Ги, что случилось? - я подбежал к нему, но никак не мог решиться наклониться.
- Это же ты! Леше, это ты! И теперь я понимаю, почему ты не можешь ответить на мои чувства, - он схватил меня за ногу. - Я люблю тебя, Леше, но ты никогда не будешь моим!
Я тряс ногой, чтобы Ги отпустил меня.
- Я не имею права даже претендовать на тебя... Что за несправедливость!
- Ги, успокойся, - я приподнял ногу, и он, наконец-то, посмотрел на меня. - Ги...
- Наши отцы связали вас, вы все равно будете вместе. Но... - Ги утер слезы и высморкался в мою штанину, - я несколько отвлекся. Нам надо Ксен спасать.
Я кивнул и стал быстро одеваться, но Ги выпучил на меня глаза и густо покраснел.
- М-да... - вырвалось у меня, и я, закатив глаза, перебежал в ванную.
Бежать за мальчишкой-вампиром по крышам было тяжелым испытанием даже для моих натренированных мышц.
- Ги! - мой голос прерывался от непрерывных скачков. - Неужели нельзя было добираться по земле?
- Но так же намного быстрее! И нас не заметят. Далеко еще? - он запрыгнул на флюгер, и я смог хоть ненадолго перевести дух.
Когда мое дыхание восстановилось, и мне удалось, наконец, выпрямиться, я всмотрелся в ночной город.
- Вон те башни.
- Приметное здание, смахивает на Бастилию.
- Ага, только маленькую.
_____________
3 – «сюртэ» – безопасность (фр.)
Буквально через несколько минут мы были на месте. Мы вдвоем врезались в дверь, думая, что она будет заперта, за что и поплатились, рухнув на пол прямо с порога. Но внутри было тихо и не было никого, вообще никого!
Ги поднялся и громко, я даже зажмурился, выругался в темноту.
- Ненавижу! - крикнул он в конце, топнув ногой.
- Их здесь нет, быстрее за мной!
- Ты знаешь...
- Нет, но знаю, кто знает.
И мы отправились туда, где известно все... в «Паршивую овцу».
- Леше! Давненько тебя не было.
- Аллеманд, мы ненадолго.
- Мы?! - из-за моей спины вышел Ги. - Оу... да ты с компанией!
- Это...
- Ги Анж маркиз де Сагедье, - отчеканил мальчишка.
- Леше! - ко мне подлетела Самеди. - Негодник, совсем забыл свою Самеди!
- Но Са... - она перебила меня поцелуем.
Я заметил, как Ги сжал зубы и прищурился. Аллеманд это тоже не упустил.
- А ну, перестань, а то распугаешь мне всех клиентов.
- Это его, что ли? - презрительно фыркнула Самеди на мальчишку. Она схватила кружку, с силой грохнула ее перед Ги, так что половина содержимого выплеснулась на стойку, и процедила сквозь зубы: - Тогда вот, за счет заведения.
- Ты мне так всю посуду побьешь! - загремел Аллеманд, но уже в спину Самеди.
Ги же и глазом не моргнул:
- Должен предупредить, - он высокомерно отодвинул от себя кружку пальцем, а затем с невозмутимым видом протер его шелковым платком, - что я не пью такую дрянь.
- Но это лучшее мое пиво! - Аллеманд застыл с тряпкой в руках.
Я почувствовал, что он сейчас взорвется, и поманил его пальцем.
- Какая наглость! - буркнул он мне в лицо, и я быстро зашептал ему на ухо. - Неужели правда?!
Ги, услышав его, усмехнулся, сверкнув длинными клыками, отчего Аллеманда аж передернуло.
- Чего вы от меня-то хотите?
Я вкратце объяснил ему все, пропустив, естественно, некоторые подробности насчет меня и Ксен.
- Нет, про твоих святош я ничего не слышал, но подожди...
Аллеманд исчез, а я повернулся к Ги:
- Ги, надеюсь, ты не принял в серьез...
- И часто ты пользуешься услугами этой... - в его глазах сверкнул жуткий красный огонек, - субботней4 девочки?
- Нет, ты не так все понял!
- Ой, ну только не надо всего этого, Леше. Не дури мне голову. Я уже очень и очень давно не ребенок. Так что выкладывай!
- Ну... да, было. Но только один раз, и мне тогда было семнадцать.
- Что-то поздновато.
- Не забывай, что меня монахи воспитывали!
- Ну да, весомый аргумент, нечего сказать.
И тут в «Паршивую овцу» ввалился монах, перепуганный до полусмерти:
- Демоны! Безбожники! - завопил он.
_____________
4 – samedi – суббота (фр.)
- Вот кто нам поможет, - усмехнулся Ги, спрыгивая с высокого табурета.
Мы подхватили обезумевшего монаха под руки и подтащили к стойке. Он нес всякую чушь, отрывки фраз, слова, не связанные друг с другом. Мы почти ничего не поняли, но теперь знали наверняка, куда сбежали рясники, и через пятнадцать минут уже были там.
- Леше, - Ги натянуто улыбнулся, увидев массивную обитую железом дверь, - может, лучше тебе зайти первым.
Да... похоже, истории о силе и храбрости вампиров тоже несколько преувеличены.
Двустворчатая дверь открылась с громким скрипом несмазанных петель. Ги прижался к моей спине, я почувствовал его руки на своих плечах:
- Леше, я боюсь их...
- «Я тоже...».
Перед нами от порога и до своеобразного каменного алтаря в арке в конце длинной залы лежала широкая красная дорожка, вдоль которой на каменном полу стояли все монахи отца Жака де Тампе, у каждого в руках было по белой зажженной свече. Глаза рясников были открытыми, но были они какими-то остекленевшими.
- Будто живые статуи, - прошептал Ги мне в спину.
- Согласен, но думаю, они нас не тронут, - и глаза всех монахов в миг обратились на нас.
- Ты прав, Леше, - прогремело по залу. - Они в полной моей власти. Возрадуйся! Миру явился новый клан вечных!
Мы были уже в центре залы, когда из-за алтаря появился Жак де Тампе, по его правую руку был, как всегда, отец Венсан.
- За что мы должны поблагодарить тебя и... - рясник зажег факелом жаровни по обе стороны от алтаря. - Конечно же, ее.
Ги вскрикнул, а внутри меня все сжалось, и мы оба невольно сделали несколько шагов вперед. На каменной плите лежала Ксен, она, казалось, стала еще меньше. Кожа ее была смертельно бледной, и я быстро понял почему. Ее запястья были порезаны, а желоба по краям плиты еще хранили цвет ее крови.
- Как вы можете... Вы же священники! Представители Святой Церкви!
- Что ж, Леше, - отец-настоятель рассмеялся, - пора все тебе открыть.
- Ты всегда был тугодумом, - добавил отец Венсан.
- Никто из нас никогда не был и не будет рясником. Мы - орден Креста и Плюща. Да, да, тот самый, что ты пытался отыскать.
- И ты никогда не был инквизитором. Ты был нашим Мечом и нашей ищейкой, чтобы, в конце концов, мы смогли обрести власть и бессмертие! А все те люди, которых мы провозглашали еретиками, на самом деле были просто неугодными нам или теми, кто слишком близко подобрался к нашему ордену.
Ги положил руку мне на плечо, я был благодарен его тихой поддержке, но...
- Ты - великий грешник, Леше, - из темноты появился еще один рясник. - Ты убил стольких невинных людей.
- Сентен, не могу поверить, и ты...
- Твоя память так коротка, Леше, - отец Венсан кивнул Сентену, и тот расстегнул свой пояс. И я увидел ножны.
- Меч клана! - воспоминания о детстве в клане вспыхнули в моей голове яркой вспышкой. Этот меч был выкован по заказу моего отца, Рене Сюртэ. Я должен был наследовать его. - Как он оказался у вас?
- Неужели еще не вспомнил?! Брат Венсан, да он просто ваш шедевр!
- Но нам, к сожалению, все же необходимо вернуть ему все. Брат Сентен!
Тот быстро подошел к отцу Венсану и, преклонив колено, передал ему меч. Затем Сентен, вытащив из рукава серебряный кинжал с деревянной рукояткой, направил его на сердце все еще не пришедшей в себя Ксен и стал что-то читать с закрытыми глазами. Ги вздрогнул за моей спиной и быстро зашептал какие-то слова.
- Вслушайся, Леше, в слова, написанные твоим дядей, Жофри Сюртэ! Которого ты своими руками отправил на костер!
- Нет! - я зажал уши руками, боль быстро распространялась по моему телу.
- Вспомни! - крикнул Жак де Тампе, и память вернулась!
Согнувшись от боли, я упал на колени. Мое дыхание остановилось, а тело и дух заново переживали обряд «очищения». Я будто окаменел, но понимал и видел все, что происходило вокруг, только голоса и лица были какими-то нереальными, все было, как во сне, не здесь и не со мной...
Ги тряс меня за плечи, пытаясь привести в чувство, но память боли была сильнее. Отец Венсан приближался ко мне с обнаженным мечом моего клана. И тут трусишка Ги, обняв меня, зашептал на ухо:
- Леше, успокойся, мы сильнее их. Они лишь обращенные. Тысячелетние знания не оставят нас. Помни, я защищу тебя.
Ги поднялся и заслонил меня.
- Сгинь, вампиреныш! - крикнул отец Венсан. - Он должен умереть.
- Ату его, Антре! - крикнул Ги и выбросил перед собой левую руку. Из его разжатой ладони тут же появился белый крылатый змей. Он пролетел сквозь отца Венсана, оставив в его груди аккуратную дыру. Рясник повернулся и в удивлении уставился на Жака де Тампе:
- Мы же пили кровь... - и он превратился в горстку пепла.
Змей Антре же был уже у алтаря и в тот же момент проник внутрь Ксен.
- Твои старания напрасны, Ги Анж. Жертва будет принесена.
Жак де Тампе уже держал меч в своих руках. Он не стал медлить, как его предшественник.
- Ксен, очнись! Леше в опасности! - крикнул Ги и бросился на отца-настоятеля. Когда они столкнулись, Сентен вдруг, вскрикнув, замолк. Но я не решился взглянуть туда, в нескольких шагах от меня стояли застывшие Ги и Жак де Тампе. Из спины маленького вампира торчало лезвие меча.
- Ги...
Жак де Тампе медленно превратился в пепел, и на пол упал маленький нож. Ги вытащил из себя меч и стал заваливаться назад. Оцепенение спало с меня, и я тут же подхватил его.
- Ги.
- Я же говорил, что справлюсь.
Монахи тоже очнулись, и среди них началась настоящая паника.
- Ги, ты же сильнее их, - этот маленький трусливый мальчишка не должен исчезнуть. - Не уходи.
Он погладил меня по щеке:
- В этом есть и свои плюсы. Я не буду больше навязывать тебе свои чувства...
Возле нас опустилась Ксен. Выглядела она уже немного получше, губы ее были в крови.
- Ксен, он... - я замолк. Она пару секунд внимательно смотрела в мои глаза, а потом...
А потом она внезапно отвесила брату хороший подзатыльник:
- Ги, придурок! Ты что умирать собрался?! Ты же сейчас Леше напугаешь до полусмерти!
- Ой же, Ксен, - он тут же ожил. - Ты, как всегда, все испортила...
- Извини, Леше, моего идиота-брата, - Ги показал ей язык. - Чтобы он умер, надо только отрубить ему его пустую башку! - она еще раз дала ему подзатыльник.
- Как ты? - я, наконец, пришел в себя и от этого потрясения. Наверное, я никогда не привыкну к их шуточкам.
- Тот рясник, конечно, не высшего сорта, - Ксен, наконец, вытерла кровь с губ, - но он мне все же помог.
- А мне ты даже «спасибо» не скажешь? - буркнул Ги.
- За что? Неужели за Антре?! - она оторвала от себя рукав и с силой зажала рану в животе брата, Ги даже зашипел от боли. - Идиот. На него ушла половина твоей силы! Теперь ты восстановишь ее лишь через неделю.
- Бе-бе-бе, - передразнивал он сестру. - А кто вернул тебя с того света?!
Я переложил заботы о Ги на Ксен и поднялся, чтобы оглядеться. Убегая, рясники побросали свечи и перевернули жаровни, и огонь уже занимался на потолочных балках и пожирал тяжелые портьеры на окнах. Ксен уже перевязала брата, но они все еще продолжали выяснять отношения.
- Эй! - они могли бы спорить еще целую вечность, но нам надо было быстрее уходить. - Ксен! Ги!
Но на меня все равно не обращали никакого внимания, оставалось только одно:
- Крыса!
Ги и Ксен тут же подскочили, как я и думал, они же все-таки близнецы.
- Где?! - они были уже готовы броситься мне на шею.
- Я пошутил! - я в отчаянии замахал руками, отбиваясь от них.
- Очень смешно, - фыркнула Ксен.
- Осторожно! - я услышал хруст.
- Предыдущая шутка была удачней, - закатив глаза, дал свое заключение Ги, но горящая потолочная балка рухнула за спиной Ксен, в шаге от него самого. - Ой... по-моему, нам пора смываться.
- Думаю, ты прав, Ги.
Раздался новый треск. Ги и Ксен тут же подхватили меня под руки и буквально вылетели из логова неудавшихся вампиров. К утру от него остались одни каменные развалины. От тайного Ордена не осталось и следа.
Конец ли это? Да, ведь на этом остановилась история ордена Креста и Плюща. Но моя история только начинается. Впереди ждет неизвестность, но я решил жить лишь сегодняшним днем. Что будет завтра, будет лишь завтра. Ибо... "...долиною смертной тени, не убоюсь зла... потому что Ты со мной..."



09.03.07 г.

@темы: Рассказы, Сборник